Зависимость от путешествий: как она возникает и чем опасна

0
64

Многие из нас любят путешествовать. Мы отправляемся в путь, радуясь возможности познакомиться с «дивным новым миром». Постепенно входим во вкус, отправляемся в странствия все чаще, забираемся все дальше. Однако в многочисленных «бесконтрольных» путешествиях таится опасность, неочевидная на первый взгляд.

Человек среди людей 
Познать себя 

Зависимость от путешествий: как она возникает и чем опасна

Цифры упрямо говорят буквально о массовом помешательстве на туризме: по миру сегодня путешествуют порядка 1,4 млрд человек, а ведь это ни много ни мало 18% населения планеты. Правда, никто не знает, сколько в этой полуторамиллиардной армии туристов, а сколько — путешественников или кочевников.

Чаще всего мы начинаем именно как туристы: покидаем стены родного дома, чтобы отдохнуть от работы, окружения, повседневных обязанностей. Не планируем маршрут, покупаем массовый продукт — готовый тур, а с ним достопримечательности, которые «надо» увидеть, сервис, комфорт. Нас пугают любые отклонения от плана, мы не претендуем на глубокое погружение в новый мир и диалог с чужой культурой, наша цель — приятно провести время и вернуться домой. Не это ли имел в виду Гилберт Честертон, когда написал: «Путешественник видит то, что видит; турист видит то, что приехал увидеть»?

Некоторые туристы постепенно становятся путешественниками. В сфере их интересов на одну из первых позиций выходит «охота к перемене мест» — наравне с семьей, работой, домом, учебой, друзьями. Путешественник уже не полагается на волю туроператора, сам тщательно выбирает страну, регион и точки маршрута, читает об истории и культуре, учит языки, морально готовится к возможным неожиданностям и сам отвечает за себя.

Путешественник осознает огромный ресурсный потенциал поездок. Зачастую странствия по внешнему миру сопровождаются его внутренней трансформацией: поездки становятся катализатором перемен. И все же путешественник любит возвращаться домой, чтобы поведать близким о приключениях и спланировать новые. Он гармонично интегрировал путешествия в поток жизни, они для него — любимое хобби.

Когда дом перестает играть в жизни путешественника важную роль, это значит, что «точка невозврата» пройдена

Но как только человек в иерархии ценностей отдельно выделяет путешествия и отодвигает на дальний план остальные, он становится тревел-зависимым. Отныне его мало волнуют рабочие проекты, семейные проблемы, общение с друзьями. Перерывы между путешествиями угнетают, окружающий мир кажется серым и скучным, близкие люди — погруженными в суету. Странствия становятся для зависимого чем-то вроде любимой работы, целиком поглощают энергию и время.

В голове такого человека идет непрерывный процесс по составлению новых маршрутов. С каждым разом они все замысловатее, время в поездках — все продолжительнее, путь все более протяженный, а пребывание дома все короче. Воспоминания о путешествиях из упорядоченной коллекции превращаются в заброшенный склад.

Возвращение домой теперь требует усилий, как и адаптация к нему. Появляется «транзитный период» между прибытием на родину и способностью снова быть социально комфортным для окружающих. Тревел-зависимые словно вторят Францу Кафке: «Начиная с определенной точки возвращение невозможно. Это и есть та точка, которой надо достичь».

Когда дом перестает играть в жизни путешественника важную роль, это значит, что «точка невозврата» пройдена. С этого момента он начинает жить как кочевник. Если путешественник и тревел-зависимый хотят и могут вернуться домой (и в свое «Я»), то номаду это сделать сложно. Он растворился в дороге, странствиях. Мосты сожжены, со скучной оседлостью и мелкими заботами покончено.

Мощный поток новизны в странствиях приглушает тоску по утраченному. Правда, этот же поток притупляет и восторг от конкретных мест и маршрутов. Теперь для него важно движение в чистом виде. О таких кочевниках китайский писатель Лин Ютань говорил: «Хороший путешественник — тот, кто не знает, куда направляется. А идеальный путешественник даже не знает, откуда пришел».

Зависимость от путешествий: как она возникает и чем опасна

Я и сама оказалась у черты, которая отделяет тревел-зависимого от кочевника. Не заметила, как сделала первые два шага: от туриста к путешественнику, от путешественника — к зависимому. Все, что раньше было для меня важно, теперь казалось суетным, блеклым. А вот путешествия были яркими. Мне казалось: если заберусь не-пойми-куда, получу порцию концентрата вселенских тайн. Не путешествовать или не мечтать о поездках я уже не могла. Перерывы в три-четыре месяца между странствиями казались бесконечными.

Мое сознание лихорадочно работало, скрещивая в одном маршруте Камчатку и Гавайи, Исландию и Эфиопию, Норвегию и Индию, Северный полюс и Монголию… Сложности в прокладывании пути в Чили через Непал или в Японию через Боливию приводили в бешенство.

По возвращении из путешествия по Африке белые люди, включая меня саму, казались некрасивыми. Наши бледные лица несли печать душевных мук и вечной усталости, а лица африканцев казались живыми, излучали энергию и демонстрировали максимальный диапазон эмоций. Теперь в далеких уголках планеты «свои» мне встречались чаще, чем на родине.

Тема путешествий постепенно заполняла всю мою жизнь. По возвращении из поездки я переживала все приключения заново, на бумаге. Писала статьи для журнала, и каждая новая была длиннее и глубже предыдущей. Страны представлялись мне людьми — с историей, характером, темпераментом, языком, юмором, верованиями. Страны-личности населили мой внутренний мир.

Начиная путешествовать, мы мало задумываемся о цели и результате наших странствий. Не пытаемся определить, кто мы

Когда-то мои отношения с путешествиями начинались как «стремление к…» (новизне и тому, что за ней стоит), а затем трансформировались в «бегство от…» (того, что мешало двигаться ей навстречу). Я еще ходила в офис, выполняла функции руководителя и изображала вовлеченность в дела компании, однако справлялась с этой задачей хуже и хуже. Отпросилась в творческий отпуск — благо, повод для него нашелся.

Однажды во сне увидела обложку научной работы. Название гласило: «Путешествия как потребность в самотрансценденции». Через неделю пришла восстанавливаться в аспирантуру, которую оставила двадцать лет назад, и приступила к работе над диссертацией.

Возможно, вы бывали в Камбодже или видели фотографии: корни гигантских фикусов опутывают старинные кхмерские храмы, пытаются проглотить их целиком или выломать куски некогда прекрасных зданий. Точно так же путешествия сжимали еще сказочные, но уже удушающие объятия вокруг моей жизни. Я только путешествовала или писала о путешествиях. Из этого и состояла моя жизнь, и в какой-то момент наступила самая настоящая «передозировка».

Как я выбралась из этой зависимости? Нашла экологичный и щадящий способ «излечения»: написала книгу о путешествиях. О том, что они приносят в нашу жизнь, уроках, которые мы благодаря им получаем. О том, как мы становимся тревел-зависимыми и как спасаемся от этого.

Начиная путешествовать, мы мало задумываемся о цели и результате странствий. Не пытаемся определить, кто мы: турист, путешественник, тревел-зависимый или номад. Сами того не замечая, переходим из одной ипостаси в другую и не понимаем, насколько сильно путешествия меняют нашу жизнь. Не всегда к лучшему.

Зависимость от путешествий: как она возникает и чем опасна

Об авторе

Анна Иванова — журналист, фотограф, путешественник (объездила 138 стран), исследователь темы «философия путешествий». Ее Facebook.

Источник: psychologies.ru
0

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о